"Нет никаких доказательств, что этот болт был в банке консервов"

Железа в рыбных консервах Мамоновского комбината оказалось слишком много: москвичка утверждает, что обнаружила болт в супе, приготовленном из продукции этого предприятия, и подала в суд. Однако доказать, что инородный предмет попал в еду по вине производителя консервов, крайне сложно, считают эксперты.

Москвичка требует миллион рублей за найденный в консервах болт. Иск Ирины Некрасовой к Мамоновскому рыбоконсервному комбинату находится на рассмотрении в Перовском районном суде столицы. Женщина утверждает, что обнаружила болт уже в супе, который она сварила из сардин — продукта данного предприятия. В этом деле много противоречий, сообщила "Коммерсантъ FM" адвокат адвокатской палаты Калининградской области Ольга Ярославская, она представляет интересы комбината в суде.

"Первое заседание было в июле, мы не могли явиться, потому что к нам не пришло уведомление , а истица не явилась на судебный процесс, причины не объяснила. По материалу дела представлены просто фотографии. На фотографии на салфетке лежит болт в соусе. И фотография этого болта на салфетке. И иск. Больше нет ни одного документа. Ни справки, что она обращалась за медицинской помощью, ни какой-то экспертизы, никаких доказательств, что этот болт был в банке. В исковом заявлении было написано, что она варила суп, взяла ложку в рот и чуть не сломала себе зуб, даже она написала, что сломала коронку, опять же, это не подтверждено документально, никто никуда к врачам не обращался. И в то же время она достает фотографии, где болт лежит в соусе на дне банки. Если она его варила, как это вообще могло случиться", — говорит она.

Председатель правления Международной конфедерации обществ потребителей Дмитрий Янин сомневается, что истица сможет получить желаемую сумму.

"Сумма компенсации, на мой взгляд, чрезвычайно высока. Напомню, что стоимость человеческой жизни в России, исходя из выплат погибшим от российских авиакомпаний, составляет два миллиона рублей. Соответственно, если голова, руки и ноги оказались целыми, то сумма компенсации может составлять от 10 до100 тысяч рублей, но никак не почти миллион. Сложность этого иска состоит в том, что истице придется доказать причинение вреда здоровью, также ей придется доказать, что болт попал в кастрюлю именно из консервы, а не откуда-то еще. Если она все это докажет, она сможет получить компенсацию в несколько десятков тысяч рублей, но не более", — считает он.

Мамоновский рыбоконсервный комбинат не в первый раз оказывается в центре внимания СМИ. Так в 2012 году предприятие было оштрафовано за выброс отходов рыбопереработки. Ситуация повторилась и в этом году, сообщил "Коммерсантъ FM" председатель калининградского отделения Межрегиональной экологической общественной организации "Зеленый фронт" Олег Иванов. Все попытки приостановить деятельность предприятия не увенчались успехом, добавил эксперт.

"Руководитель предприятия пригласил нас посмотреть, как работают замечательные очистные сооружения. Я, честно говоря, ничего замечательного там не увидел. Я увидел нарушение технологий и явное превышение объемов. Производство ведется в достаточно больших объемах, при этом очистные сооружения на такой объем не рассчитаны. Поэтому такие рецидивы достаточно прогнозируемы, технологические параметры в производстве не соблюдаются. Если происходят выбросы отходов на земельные участки, то вполне возможно, что и в цехах, где производится обработка рыбы, могут быть допущены различные нарушения, в том числе, попадание болта в консервную банку не исключается", — говорит он.

"Коммерсантъ FM" не удалось связаться с Ириной Некрасовой, которая подала иск против Мамоновского рыбоконсервного комбината. Следующее заседание по этому делу состоится 30 августа, сообщили "Коммерсантъ FM" в пресс-службе Перовского районного суда.