Желтая вода – не беда? Почему водоемы Петербурга окрасились в странный цвет

Петербуржцы привыкли, что реки мегаполиса время от времени то меняют цвет, то покрываются пеной. Но когда на днях вода в водоемах Санкт-Петербурга приобрела насыщенный горчичный оттенок, многие приняли это за ЧП.

Органика и гуминовые кислоты

Пожелтели канал Грибоедова и река Фонтанка, Адмиралтейский канал и река Оккервиль. Городские службы, оперативно изучив ситуацию, пришли к выводу, что для петербургской воды это обычный цвет.

«Наш город строился на болоте, также их немало в Ленобласти. Почвы и вода содержат гуминовые кислоты, органику и существенное количество железа. Отсюда и цвет водных объектов: он по определению коричневатый, - поясняет первый заместитель председателя комитета по природопользованию Михаил Страхов. - В прошлом сезоне, когда льда практически не было, это в глаза особо не бросалось».

В «Водоканале» - после того как взяли пробы воды в проблемных реках - заявили, что ситуация на контроле, сбросов загрязняющих веществ не зафиксировано, а сети водоотведения работают в штатном режиме. По словам главы дирекции природопользования ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» Павла Михайлова, проведенные исследования показали, что вредных веществ нет.

Однако сложно поверить в отсутствие проблем, когда, например, пена из Дудергофки хлопьями накрывает Петергофское шоссе - как произошло 24 декабря прошлого года. Кто в ответе за подобные ситуации?

Найти следы

Понятно, когда имеется законный пользователь, официально подключенный к трубе водосброса, - контролирующие органы проводят проверки, а в нештатных случаях разбираются детально. Но все усложняется, если речь идет о так называемых «мобильных» нарушителях.

«Некая автомойка закинула шланг в ближайшую речку и слила отходы, - объясняет Михаил Страхов. - Или кто-то приехал на машине и опрокинул содержимое бака в ливневую канализацию... Если нет видеофиксации, установить нарушителя очень сложно.

Профессионалы по составу загрязнения могут определить, «чей это след». Но вот доказать, что вред нанесен, труднее: «след» может исчезнуть через пару часов после сброса. Но если вред доказан, это приведет к неминуемым финансовым санкциям для нарушителя».

Однако цифры внушают оптимизм: по данным комитета по природопользованию, общий объем сброса в водные объекты с 2012 года к 2019-му снизился на 18,5%. Прошлый год стал рекордсменом по сбору наплавного мусора - 4,2 тыс. м3. А в 2021-м планируется реализовать беспрецедентную программу по уборке «плавняка», в которую включены 334 объекта: там будут наводить порядок до восьми раз в месяц. Уже есть и победы в суде: удалось взыскать ущерб, нанесенный реке Мурзинка в 2016 году. Компания-нарушитель вину не признала, но компенсацию в размере более 1,1 млн рублей выплатила.

Комментарий: Проще заплатить штраф?

Председатель межрегиональной общественной организации «Зеленый Фронт» Сергей Виноградов:

«В ежегодных отчетах комитета по природопользованию наши реки оцениваются как «загрязненные» или «очень загрязненные». Известно, что в Петербурге предприятия осуществляют сброс и существуют допуски - насколько грязным может быть выпуск. Они отчитываются по его характеру и оплачивают негативную составляющую. Доказать нарушение сложно, долго и дорого! Однако способы есть. Как решить проблему? Действовать жестко. Закон позволяет закрыть предприятие для проверки на 90 суток. Но к таким мерам стараются не прибегать: если нарушения не выявят - придется возмещать издержки. Поэтому сейчас система работает по небольшим штрафам. А предприятиям проще платить их, чем внедрять новые очистные сооружения».