Петербургский снег можно приравнять к отходам

Почему петербургские дороги так быстро портятся, откуда за городом запах навоза, а на окраинах Петербурга — запах нефти и почему в России снег черный, а в Финляндии — белый, знают экологи из Общероссийской общественной организации «Зеленый патруль». Это объединение называют «организацией практических дел» из-за принципа разбираться в конкретных ситуациях. Среди последних «находок», например, огромная свалка тающего черного снега на Обводном канале, десятки «пойманных за руку» свиноводческих предприятий со сливами навоза на территориях местных деревень и столько же карьеров, где под видом рекультивации земель выкапывают песок на продажу.

Но сами экологи признают, что проблему таким образом не решить. Нужно изменять законодательство и систему работы контролирующих органов, да и отношение россиян к собственным землям оставляет желать лучшего. Обо всем этом «Вечернему Петербургу» рассказал руководитель природоохранных проектов Санкт-Петербургского отделения «Зеленого патруля» Егор Леонтьев.

Снег с люминесцентными лампами

— Егор, уже выпал первый снег. Каждую зиму его сбрасывают в реки и каналы, вывозят на свалки — вместо специализированных полигонов. Чего ожидать горожанам в этом году.

— Этим летом (подчеркну: летом!) мы приехали на набережную Обводного канала, 24, и обнаружили черные массы размером со средний микрорайон и высотой с пятиэтажку. Это был снег. А в нем — грязь, мусор, вся таблица Менделеева и даже отходы первого класса опасности, например люминесцентные лампы. Полигон даже не был огорожен. Все таяло и стекало в канал. Итог? Управляющую компанию оштрафовали всего на 400 тысяч рублей... Думаю, пока проблема не начнет решаться системно, ничего не изменится.

— Какие объекты в Петербурге вы бы назвали самыми загрязненными?

— По большому счету у нас загрязнено все. Где-то вредоносные показатели превышены в 30 раз, где-то — в 50. Так, один из четырех крупнейших «снежных» полигонов находится на Васильевском острове, у Шкиперского протока. Там концентрация бензопирена в 72 раза выше безопасного уровня, нефтепродуктов — в 22 раза, свинца — в 38 раз. Остальные три полигона — это упомянутый Обводный канал, Бычий остров (его видно со стороны нового стадиона на Крестовском) и Мурманское шоссе сразу за городом.

— Но что бы вы предложили делать со снегом?

— Весь собранный в черте города снег можно приравнять к отходам и утилизировать соответствующим образом: вывозить за город на определенные полигоны. На них специальное покрытие и ограда, так что жидкие отходы не попадают ни в землю, ни во внешнюю среду. Как правило, они сжигаются, почва и вода остаются в безопасности.

30 тысяч за грязную воду

— Куда обратиться горожанину, если у него под окном скопилась гора черного снега?

— Он может прийти в местное отделение полиции. Там обязаны подсказать, как и на чье имя написать заявление, затем рассмотреть его и решить, кого и по какой статье привлекать. Также можно обратиться к муниципальным властям. К сожалению, часто в таких ситуациях горожане «бьются головой о стену». Но мы, например, всегда готовы помочь. Связаться с нами можно через сайт greenpatrol.ru, да и я лично принимаю обращения на собственный электронный адрес: ya-gr@mail.ru.

— Представим другую ситуацию: простой петербуржец живет на набережной канала. Оттуда доносятся неприятные запахи, вода приняла странный цвет, покрылась пеной или разводами. Похоже на загрязнение химикатами. Что делать?

— Есть лаборатории, которые занимаются замерами такой воды, например СЭС, Роспотребнадзор, Сельхознадзор. Но этот замер может стоить 30 тысяч рублей и дороже. Хорошо еще, если в лаборатории подойдут к вопросу адекватно, предположив, какие именно нарушения имеют место. Тогда возьмут анализ не по полному перечню показателей. Как правило, проводится химический анализ, в который входит ряд пунктов (азот, фосфор и так далее) и анализ на паразитов.

— Но не у каждого есть 30 тысяч на замер...

— Простой горожанин и не обязан делать такие замеры. Достаточно обратиться в соответствующие инстанции. Опять же можно связаться с нами. Например, на одном из объектов жители направляли письма в прокуратуру несколько лет! Шли тяжбы, но никто ничего не предпринимал. Когда делом занялись мы, выяснилось, что документы лежали в столе у заместителя прокурора, а та ушла в отпуск, а потом еще кто-то ушел в отпуск, и так далее и тому подобное. В общем, никто ничего и не начинал делать.

Ревизор приехал

— Итак, загрязнение установлено. Следующий этап — провести проверку на территории предполагаемого загрязнителя (предприятия, завода, полигона и т. п.). Как вы туда попадаете?

— Мы никого не предупреждаем о своем визите. Но и через забор не лезем. Да и не приходится. Забора, как правило, нет. Это, кстати, тоже нарушение. Так, в соответствии с законодательством, мы находимся на территории, пока нас оттуда не попросят. Когда попросят, в соответствии с законодательством, вызываем полицию и фиксируем нарушение. Затем отправляем запросы в соответствующие инстанции. Если говорить о законодательстве и неожиданных визитах, сейчас мы совместно с ветеринарами разрабатываем законопроект, который позволил бы обойти 294-ю статью. По ней ветеринар должен предупредить предприятие о своем посещении и взять с собой прокурора. Ну, как говорится, «если ко мне едут гости, я наведу порядок»...

— Случалось, что информация просачивалась и к вашему приезду были готовы?

— Бывали такие ситуации. Например, мы ехали в ЗАО «Котельская» с одного объекта на другой. Биологические отходы там бросали прямо во дворе. Мы позвонили местному ветеринару, чтобы та подъехала и зафиксировала вместе с нами нарушения. Через 40 минут заезжаем во двор второго объекта, а навстречу техника выезжает. Все биоотходы уже закопаны. Через 5 минут подъезжает машина владельца предприятия. Из нее выходит владелец и та самая ветеринар, которая тут же заявляет, что нарушений не видит. Но мы подковырнули землю палкой и обнаружили отходы. Вызвали полицейских, те зафиксировали нарушение. Впрочем, штрафы в таких случаях редко доходят даже до 20 тысяч рублей, чаще не превышают и 10 тысяч, а в среднем колеблются между 4 и 5 тысячами.

— Во время таких внезапных визитов к вам ни разу не пытались применить силу?

— Были попытки на объектах, связанных с разработкой песчаных карьеров, поскольку там речь идет о крупных суммах, добытых криминальным путем.

Интересна ли властям экология

— Но пока вы решаете какую-то одну проблему, появляются еще десять. Как думаете, возможно ли действительно улучшить экологию в Петербурге?

— Это глобальный вопрос. Интересно ли властям решить проблему экологии в Петербурге? Или у них другие интересы? Пока что проблемы решаются лишь по мере их обнаружения нами и другими экологами. Вы видите, сколько у нас подшивок с документами о нарушениях. Они либо уже устранены, либо устраняются. Вот прокуратура может ездить к нарушителям только с определенной периодичностью. Мы же ездим хоть каждый день, пока они свои нарушения не устранят. Еще одна проблема — коррупционная составляющая. А третий камень преткновения — менталитет самих россиян.

— За рубежом экологическая сознательность выше?

— И сознательность выше, и законы лучше. В той же Финляндии на молочных и свиноводческих комплексах предприниматели вкладывают заработанные деньги, чтобы сделать свое производство экологичным. У нас же фермерское хозяйство загублено. Фермерам не до экологии. А еще у нас страна большая. Мы едем и с дороги не видим, что в двадцати метрах выбросили отходы, а финн видит и ужасается. В Финляндии и штрафы в десять раз больше, чем в России. Только одновременная доработка законов, повышение штрафов и формирование сознательности россиян способны принести видимый результат.