"Черное золото" в разлив

На просторах Югры и Ямала

За "путинскую эру" (2000-2016), исходя из расчетов экологов, в российскую землю утекло 72 миллиона тонн (или 524 миллиона баррелей) нефти. Если брать баррель по 50 долларов, то это 26,2 миллиарда долларов. А если доллар по 60 рублей, то 1,57 триллиона рублей. Это, разумеется, только часть потерь. Сегодня Минприроды России предлагает ужесточить наказание за нефтяные разливы. Рекордсмены по числу таких ЧП - северные регионы УрФО.

Трубы рвутся, миллиарды льются

На просторах Югры и Ямала все чаще встречаются изрытые нефтяными оспинами пустыни, где "птицы не поют, деревья не растут". Загубленные оленьи пастбища. Мертвые водоемы под радужной пленкой и почерневшие березы, выкрашенные белой краской ради ревизоров. Огороды и дачи, затопленные мазутным паводком…

Только в Югре за 2016 год зафиксировано 3386 порывов нефтепроводов, пострадало 30 гектаров земель, ущерб почвам превысил 710 миллионов рублей, сообщает департамент Росприроднадзора по УрФО. Реальный же ущерб от разливов нефти на территории региона достигает 50-70 миллиардов рублей ежегодно. В целом по России фактическая сумма ущерба - 200 миллиардов, а официальный показатель - 10 миллиардов, рассказал "Уралинформбюро" руководитель энергетической программы "Гринпис" Владимир Чупров. За год из прорех в трубах вытекает 4,5 миллиона тонн нефти (в том числе полмиллиона тонн смывается реками в Северный Ледовитый океан). При этом Минприроды РФ называет цифру в 1,5 миллиона тонн, а в отчетах нефтедобытчиков значится… всего 50 тысяч тонн потерь на всю страну.

Государство признает, что львиная доля разливов утаивается. Но активно поддерживает "экологическое равновесие"… между собой и углеводородными магнатами. Максимум, что им грозит в Год экологии – легкое повышение штрафных санкций. Согласно еще не принятому законопроекту Минприроды, за сокрытие факта утечки с компании возьмут 150-500 тысяч рублей, при повторном нарушении - до 1 миллиона. Отсутствие плана ликвидации разливов обернется наказанием до 300 тысяч рублей, за рецидив полагается штраф в 500 тысяч либо приостановка деятельности.

Чтобы штрафы за разливы нефти стали действенным инструментом, их надо повысить на порядок, а то и в 30 раз. Тогда собственникам будет выгоднее ремонтировать трубопроводы.

"Поскольку нефтяные доходы обеспечивают половину федерального бюджета, Минфин и правительство соблюдают общественный договор, - отмечает Чупров. – То есть закрывают глаза на то, что нефтяники должны за нарушения не 10, а 200 миллиардов, а те взамен гарантируют 7 триллионов рублей налогов в казну. Контролирующим ведомствам установлена верхняя планка на штрафы. Нефтегазовые олигархи заседают в Госдуме, в РСПП, открывают ногой дверь в кабинет вице-премьера Дворковича. Основная проблема – нет политического сигнала. Путин мог бы сказать: нам нужны эти 200 миллиардов, укрепляем штат Росприроднадзора и начинаем трясти нефтяников. Но скоро выборы, Путину требуется поддержка элит, поэтому кардинальных мер ждать не стоит".

По мнению эколога, чтобы штрафы стали действенным инструментом, их надо повысить на порядок, а то и в 30 раз. Тогда собственникам будет выгоднее ремонтировать трубопроводы. Благо у страны есть подобный опыт в сфере утилизации попутного нефтяного газа.

Безнадзорные органы

"Штрафы можно ужесточать сколько угодно, да без толку. Потому что нет механизмов контроля за восстановлением загрязненных территорий. Инспекторы Росприроднадзора взяли пробы на объекте, "административку" наложили, суд ее отменил. Если не отменил, то приставы бездействуют. Дальше хоть трава не расти – в буквальном смысле", - делится с "Уралинформбюро" глава региональной общественной организации "Экологическая безопасность Югры" Анатолий Криста.

Председатель федеральной экологической организации "Зеленый фронт" Сергей Виноградов подтверждает: мероприятия по рекультивации в ХМАО и ЯНАО фактически не проводятся, так как слишком затратны для компаний. При наличии сильных юристов им легко скостить размер выплат в суде. Природоохранная прокуратура вчинила иск за нарушение, а грязь осталась – обычная практика. В лучшем случае пятно присыпают песком или мхом.

Именно так случилось осенью 2014 года после разлива нефти на ямальской реке Етъяха (Сугмутское месторождение), который отравил больше 18 квадратных километров глади воды и леса. Нефтяники до сих пор не ликвидировали последствия. Лишь под нажимом экологов в феврале 2017-го им присудили 3,7 миллиона рублей штрафа.

Ярчайший пример в Югре – складирование нефтешламов на реке Вах рядом с водозабором Нижневартовска (город с населением 270 тысяч человек). Нелегальной свалке больше 15 лет. Юрлицо, которому участок был выделен под переработку отходов, захламило 4 гектара земли. Общественники били тревогу с 2010 года. Предприятие меняло названия, потом обанкротилось, так и не исполнив решения суда о рекультивации. Теперь претензии предъявлять некому, и прокуратура обязала привести в порядок полгектара на средства муниципалитета, то есть из кармана горожан. Проектирование работ на этом пятачке стоит 200 миллионов рублей, а рекультивация всей пропитанной нефтью свалки обойдется в 5 миллиардов.

Мероприятия по рекультивации загрязненных нефтью земель в ХМАО и ЯНАО фактически не проводятся, так как слишком затратны для компаний. При наличии сильных юристов им легко скостить размер выплат в суде. Природоохранная прокуратура вчинила иск за нарушение, а грязь осталась – обычная практика.

"Управление Росприроднадзора по Югре вместо выполнения своих прямых функций занимается бизнесом, лоббируя интересы ЗАО "Экос" - монополиста по буровым и нефтяным отходам", - утверждает Криста. Коррупционную схему он детально описал в обращении в Генпрокуратуру РФ и ФСБ (документы есть в распоряжении "Уралинформбюро").

Пока силовики изучают доказательства, в регион собирается комиссия из центрального аппарата Росприроднадзора - 13 марта стартует плановая проверка. Глава югорского управления этого ведомства Роман Мишенин, по имеющейся информации, заблаговременно взял больничный. Кстати, в 2014 году, когда грянула первая серия коррупционного скандала, ему удалось сохранить пост.

А в ямальском управлении Росприроднадзора, по данным РБК, с 10 марта 2017 года новый начальник – Сергей Попов. До его назначения прокуратура округа регулярно выявляла недочеты в работе ведомства в части лицензирования, ведения реестра опасных объектов и взыскания штрафов за негативное воздействие на окружающую среду.

Впрочем, кадровая встряска в надзорных органах вряд ли способна побороть главную причину нефтяных утечек. России необходима госпрограмма по замене нефтепроводов, проложенных до 1990 года, уверяют в "Гринпис". Эксперт-эколог Максим Шингаркин напоминает о важности логистики: "Стремясь сэкономить, компании тянули трубы по прямой, но дороги проложены совсем по-другому. Поэтому при разливах возникают большие проблемы с ликвидацией загрязнений и своевременной заменой труб. Когда есть привязка к дорогам, обслуживание эффективнее. Расход труб вдвое-втрое больше, зато разливов убавляется в 5-6 раз. Оптимальную модель (соотношение длины, прочности труб, частоты замены, стоимости металла и укладки) и целевые коридоры для компаний могло бы разработать, допустим, Минэнерго".

Медлить нельзя, износ промысловых сетей достигает 60%. Мегаремонт обойдется в 10% чистой прибыли всей нефтяной отрасли за пятилетку. Это порядка 200 миллиардов рублей в год, как раз сумма фактического ущерба от разливов.

Условия задачи обозначены – обозначит ли Кремль волю к ее решению в Год экологии и накануне президентских выборов?