Прибалтийские топи: как восстановить выработанные торфяники и создать сельское хозяйство и туризм на болотах?

В Калининградской области болота занимают около 6% её территории (0,8 тыс. км2 – Прим. ред.). В настоящее время многие из них разрушены в результате торфодобычи и мелиоративных работ. Наиболее ценными остаются «Большое болото» (Черняховский район), «Кабанье болото» (Краснознаменский район), «Целау» (Правдинский район), «Козье» и самое крупное в области и всей Европе «Большое Моховое болото» (Славский район).

В 2012 году правительство региона с целью их защиты создало два крупных природных заказника «Дюнный» и «Громовский». О том, что происходит с польдерными угодьями, и каким образом защищают и планируют развивать эти территории, в материале «Русского Запада».

Пилотные проекты

В сентябре группа экологов и учёных из Московской, Нижегородской и Тверской области собралась в городе Владимире, чтобы провести совещание на тему: «Восстановление торфяных болот в России в целях предотвращения пожаров и смягчений климата: результаты проекта и перспективы сотрудничества».

Мероприятие проводили при поддержке международной организации по сохранению водно-болотных угодий WetlandsInternational (Нидерланды), Фонда Михаэля Зуккова, университета Грайфсвальда (Германия) и Института Лесоведения РАН. Среди множества участников (заповедники Мордовский, Окский, Керженский и национальных парков – Прим. ред.), оказались и представители от Калининградской области, а именно, национальный парк «Куршская коса» и экологическая организация «Природное наследие».

В рамках мероприятия обсуждалось, что осушённые торфяники в России подвергаются пожарам и ветровой эрозии, в результате чего в землю поступает кислород, где происходит окисление углерода (он содержится в залежах торфа) – всё это выбрасывается в атмосферу; ещё больше ускоряют этот процесс пожары. Болотная экосистема служит своеобразными «лёгкими» для нашей планеты, которая удерживает в себе вредный углерод, потому её уничтожение стало одним из факторов, который меняет климат на планете.

Голландские и немецкие инвесторы продемонстрировали несколько пилотных проектов по восстановлению «мёртвых» болот в России (Московская, Тверская и Владимирская область – Прим. ред.) путём их вторичного заболачивания. Для этого специалисты перекрывают каналы осушительной системы, которые создавались для отвода воды при добыче торфа, после чего почве возвращается способность удерживать влагу. Такая технология имеет и экономическую выгоду – на болоте появляется возможность заниматься растениеводством и лесоводством.

Ресурсы

Торфяные месторождения в регионе занимают около 4% от всей площади. В области их разведано более 300, а добыча ведётся на 10. Общие запасы торфа оценивают в 3 млрд куб. м или более 310 млн тонн.

На территории Славского района имеется пять крупных болот: полоса низинных черноольховых болот вдоль восточного побережья Куршского залива, болото «Козье», «Малое моховое», каждое из которых занимает площадь более 1 тысячи гектаров.

Самое крупное из них «Большое Моховое болото» (где находится природный заказник «Громовский» – Прим. ред.) простирается на площади 4,9 тыс. гектаров. По данным государственного учреждения «Природный парк «Виштынецкий», который управляет в районе природными заказниками «Дюнный» и «Громовский», на 1 января 2015 года на их территории обитали: 421 лось, 868 косуль, 414 лисицы, 681 кабан, 108 волков, более 1500 бобров и прочих видов животных. Как и на всех болотных экосистемах флора здесь включает в себя большое количество растений-ягод: черника, голубика, водяника, клюква и редкая северная ягода – морошка. Торфяники образуются из-за неполного разложения мхов и древесины…

Пятое болото «Моховое» к природным заказникам не относится, потому стало объектом будущее торфоразработки. В начале июля 2106 года стало известно, что Правительство Калининградской области Постановлением №345 планирует провести аукцион на право пользования данным участком недр в 1,5 км от посёлка Майское. На «Моховом» площадью 627 га планируется добыть 2 млн тонн торфа. Как указано в документе, минимальный размер разового платежа за пользование участком недр составляет 5 млн руб.

– Болото формировалось не одну сотню лет, это неплохо сохранившийся участок природы, – рассказывает доцент, кандидат биологических наук Балтийского Федерального университета имени Иммануила Канта и руководитель экологической организации «Природное наследие» Максим Напреенко. – Насколько я знаю, оно осушалось, его можно восстановить, и мы могли бы стать пилотным регионом в этом направлении. Такие экосистемы активно восстанавливаются в Европе и Центральной России (в рамках программы «Восстановление торфяных болот в России в целях предотвращения пожаров и смягчения изменений климата на 2011-2015 гг. – Прим. ред.).

Организация торфоразработок - привычное дело, примерами здесь могут послужить болота в соседнем Полесском районе. Там уже потеряны Агильское и Тарасовское торфоместорождение. Задовское месторождение в Славском районе, Бородинское в Краснознаменском, Подлиповое в Правдинском и Нестеровское в Нестеровском районе. Посёлок Громово в Славском районе, расположенный на возвышенности природного заказника «Громовский» в «Большом Моховом болоте»

– Вам стоит побывать на подобных выработках, чтобы увидеть, что происходит с природой после завершения добычи. На Задовском месторождении торф добывали более двадцати лет назад. Там до сегодняшнего дня не растёт даже трава, – делится с нами краевед из города Славска Вячеслав Кенть.

Наиболее крупными потребителями калининградского торфа являются Голландия, Бельгия и Польша (прагматичные европейцы используют его в виде удобрения для рассады цветов, в качестве дезинфицирующих и противомикробных средств – наполнителей туалетов для кошек, косметики, для лечения кожных заболеваний и много другого). В нашей стране торфяное сырье известно как топливо. Несмотря на то, что самыми большими запасами торфа в мире обладают Россия и Канада – 150 - 170 млрд тонн в каждой стране - сегодня его переработка в национальных интересах стремится к нулю. Несмотря на всё это российские учёные знают, как творить из него чудеса: могут извлекать из торфа газ, производить гумусовый мелиорант, который борется с опустыниванием земель и очищает радиоактивные почвы; делают водонепроницаемый бетон; абсорбент – помогает собирать разливы нефти; сорбенты, красители, битумы и мн. др.

Однако лабораторная практика и опыт извлечения и продажи ресурсов из земли пока не дошёл до исследований в сфере восстановления выработанных болот. Помочь в этом предлагает мировое экологическое сообщество.

Биосферная территория

10-13 ноября, в Калининграде при поддержке Фонда Михаэля Зуккова по охране природы (Германия), коалиции «Чистая Балтика» и Министерства природных ресурсов и экологии Калининградской области прошёл семинар на тему: «Улучшение качества воды в реке Неман путём повторного заболачивания и разумного управления водно-болотными угодьями в бассейне реки».

На этот раз участники мероприятия из России, Литвы, Польши, Белоруссии, Нидерландов, Швеции, Финляндии и Германии предложили региону целый ряд экономических и экологических решений.

На семинаре рассмотрели виды направлений международного сотрудничества, все они нацелены на комплексное решение задач по развитию бассейна вдоль трансграничной реки Неман. Вице-президент российского комитета программы UNESCO«Человек и биосфера» Валерий Неронов предложил рассмотреть концепцию биосферного резервата на базе двух региональных ООПТ – заказников «Дюнный» и «Громовский». Принципиальное отличие биосферного резервата от других видов особо охраняемых природных территорий заключается в активном вовлечении в проект местного населения через создание «зоны сотрудничества».

– Здесь могут получить развитие формы малого бизнеса – от органического фермерства до экологического туризма, – рассказывает председатель межрегиональной экологической организации «Зелёный фронт» (г. Калининград) Олег Иванов. - Биосферные резерваты, таким образом, выполняют не только природоохранную функцию, но и социально-экономическую. Смотровая вышка на экологической тропе в «Большом Моховом болоте»

Второе направление – повторное заболачивание водно-болотных угодий. Здесь был представлен опыт коллег из Голландии, Германии и Швеции. Общий смысл – восстановление нарушенной экосистемы и адаптация к изменениям климата. Плюс, как вариант решения очистки сточных вод в малых населённых пунктах, создание очистных сооружений растительного типа. Такой опыт есть, как в западных странах, так, например, и в Белоруссии.

Положительный опыт сотрудничества стран в трансграничных водных бассейнах (бассейн реки Одер: Польша – Германия – Чехия; и бассейн Днестра: Украина - Молдова + Приднестровье – Прим. ред.) и участие общественности в управлении этими проектами позволяет говорить о применении такой концепции в бассейне Немана с участием НКО из Калининградской области, Белоруссии, Литвы и Польши.

– Работа в этом направлении уже началась, – продолжает Олег Иванов, – участники семинара займутся разработкой своего видения развития бассейна Немана. Предварительное название документа: «NemanVision 2030».

Готовым примером биосферной территории может стать территория, расположенная в Литве в Национальном парке дельты Немана.

– Она не называется как биосферная территория, – говорит руководитель «Природного наследия» Максим Напреенко, – но статус этой территории близок к ней. Там есть природные участки, места для посещения туристами, ведётся добыча рыбы, сельское хозяйство на польдерных землях, животноводство и охраняемые территории-заказники, да, и на одном болоте ведётся добыча торфа. В первую очередь нужно рассматривать, что мы хотим от нашей территории получить? Как мы будем поддерживать мелиоративную систему, как мы будем охранять природу, развивать туризм?

Для реализации комплексной идеи необходимо установить на территории особый режим управления и наладить совместную работу нескольких профильных министерств: Минсельхоз, Минтуризм и Минприроды Калининградской области.

Природные фильтры

Пока правительство региона лишь задумывается о разработке концепции, Министерство природных ресурсов и экологии Калининградской области реализует полноценный проект.

Временно исполняющий обязанности министра Юрий Шитиков отметил, что водный объект – река Неман, – как трансграничная артерия пересекает три государства – Белоруссию, Литву и Россию, и основным источником её загрязнения остаётся сброс неочищенных сточных вод из городов, производственных и сельскохозяйственных предприятий.

– Около 14% сточных вод область сбрасывает [в Неман] без очистки. Это сточные воды малых населённых пунктов, и здесь стоит воспользоваться опытом наших европейских коллег и строить очистные сооружения растительного типа (искусственно создаётся болото, биогенные вещества проходят через камыш, ил, где вода очищается перед попаданием в трансграничные реки – Прим. ред.). Этот опыт необходимо продолжить и распространить на весь регион, – отметил Юрий Шитиков.

Один из таких проектов в рамках сотрудничества с немецкими специалистами уже реализуется в Калининградской области.

– Подготовлены методические рекомендации, адаптированные к российским условиям по проектированию и строительству очистных сооружений растительного типа, – рассказывает заместитель начальника департамента окружающей среды и экологического надзора в Министерстве природных ресурсов и экологии области Юрий Сериков. – У нас уже выбрана площадка, определён объект, на котором мы хотим провести проектирование этих очистных сооружений. Сейчас работаем на этапе подготовки технического задания. Но мы обсуждали на семинаре, что столкнулись с проблемой, которую необходимо решить. Проблема в том, что данная технология пока не включена в российский справочник общедоступных технологий, так как она не позволяет очистить воду до показателей, установленных нашими российскими стандартами – для наших водоёмов они достаточно жесткие.

Решить проблему планируют в 2019 году, когда в государстве будут вноситься изменения в федеральное законодательство, связанное со строительством объектов наилучших общедоступных технологий, в том числе по очистке воды. В данный момент с иностранными инвесторами решено подготовить аналитический материал, где будут представлены данные о том, как функционирует огромное количество «природных фильтров» в странах Европы.

– Когда анализ будет подготовлен, потребуется подготовить заявку на включение данной технологии в российский справочник, это даст нам зелёный свет, – пояснил Юрий Сериков.

Финансирование

Фонд Михаэля Зуккова, представители коалиции «Чистая Балтика» и WetlandsInternational – все готовы участвовать в реализации проекта по защите и использованию водно-болотных угодий в Славском районе Калининградской области.

– В деньгах проблемы нет, – делится руководитель «Природного наследия» Максим Напреенко. – Главное, чтобы была гарантия и шаги со стороны наших властей. Необходимо, чтобы правительство региона показало: здесь мы хотим развивать восстановление болот на этой охраняемой территорией, мы готовы эту территорию выделить, здесь мы готовы выращивать биомассу, здесь – туризм, здесь – мелиорация, здесь – насосные станции. У каждого свои требования, это всегда при предоставлении грантовых средств. Всем нужно удостовериться, что денежные средства не будут полностью растрачены. У иностранцев есть горький опыт, когда они выделяли средства, а они пропадали. Сейчас они более щепетильны в этих вопросах, общаются, смотрят на поведение властей. Наша власть, говорит, что это хорошая идея, что дальше – зависит они нас.

Так, по итогам совещания во Владимире в направлении восстановления выработанных торфяников иностранцы готовы выделять средства на эти цели почти в полном объёме. На себя они готовы взять большую часть работы – проектирование, выезд специалистов; от нас – требуется найти материалы, технику и оказать посильную помощь силами местных отделений лесного хозяйства.

Калининградской области, где ведение сельского хозяйства сопряжено с высоким риском, в связи с возделыванием польдеров (по данным регионального управления «Калининградмелиоводхоз» на 1.01.16 г. 132 тыс. га леса и 186 тыс. га сельхозугодий в регионе ушли под воду – Прим. ред.) голландский и немецкий опыт будет полезен.

Текст, фото: Дмитрий Датченко, специально для «Русского Запада».